«ЧЁРНЫЙ ЛЕБЕДЬ» ОБНАРУЖЕН!

«Чёрный лебедь» —известная и популярная теория, рассматривающая трудно прогнозируемые, незначительные  события, имеющие  значительные последствия.

Мы обнаружили такое маленькое-маленькое, совсем незначительное и мелкое событие, которое привело к криминализации рынка недвижимости, к коррупции в судебной системе и правоохранительных органах, формированию организованных преступных групп по рейдерскому захвату жилой недвижимости – квартир, комнат в коммуналках, индивидуальных домов, убийствам, похищению людей, истязанию людей в их доме, потери жилья.

Это выдача, начиная с 1998 года каждому совладельцу квартиры, комнаты, дома ОТДЕЛЬНОГО СВИДЕТЕЛЬСТВА О ГОСУДАРСТВЕННОЙ РЕГИСТРАЦИИ ПРАВА на долю в праве на квартиру, не подлежащую коммунальному заселению!

Случилось это в 1998 году после вступлением в силу федеральным законом от 21.07.1997 года № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним».

Те, кто оформил в собственность квартиры, должны были взять всех своих совладельцев и явится в регистрирующий орган, чтобы подтвердить согласие всех совладельцев на перерегистрацию. Ранее выдавалось свидетельство о собственности на жилище, в котором прописывались данные владельцев

Взамен, каждому совладельцу одной квартиры или индивидуального дома, выдавалась красивая бумажка – свидетельство о государственной регистрации права, где было написано, что объектом права является квартира, а видом права общая долевая собственность, доля в праве.

Не слишком понятно человеку, который не сталкивался с такими определениями как  объект права, вид права…

Странно, но в свидетельстве о государственной регистрации права не прописывались родственные отношения совладельцев отдельных квартир, не подлежащих коммунальному заселению, что являлось важным фактором, так как квартиры проектировались и строились по техническим характеристикам для заселения одной семьёй.

Таким образом, у каждого члена семьи на руках оказалось свидетельство о государственной регистрации права собственности, а раз такая бумажка была, то каждый решил, что может делать со своей собственностью, что хочет!

Свидетельством о регистрации права стали пользоваться как акцией, продавая ей посторонним семье людям. Продавая именно бумажку без права владения недвижимостью, поскольку квартира находилась в общей долевой собственности и пользоваться ею можно было только по соглашению с проживающими в ней собственниками. Понятно, что покупателям свидетельства о регистрации доли в праве, мирно заселиться в квартиру не получалось.

Параллельно в СМИ начались громкие призывы к продаже долей в праве на квартиры, с обоснованием законности подобных сделок и ссылкой на статью 250 ГК РФ, которая якобы позволяет сначала предложить долю своим сособственникам, у которых есть право преимущественной покупки, а если они откажутся, или вовремя не успеют согласится (в течение месяца), то продавать любому по той цене, которая была объявлена ранее.

На самом деле, по закону, собственник доли, который хотел её реализовать и не мог выделить её в натуре (выдел в натуре означал создание отдельного входа и отдельных мест общего пользования) должен был обратиться за выплатой ему компенсации совладельцами, которые приобрели квартиру в долевую собственность.

Квартира является недвижимостью и все члены семьи пользуются всей квартирой по соглашению друг с другом, поэтому для передачи в собственность доли не требуется её выделение в натуре.

 Казалось бы, закон прост и понятен. Но не тут -то было.

Стоило в семье возникнуть конфликту, как в стрессе люди бежали к адвокатам и риэлторам, которые уверяли их в том, что раз у них есть бумажка о праве на долю в праве, то значит можно и нужно долю продать! А о неблагополучных семьях собирали информацию все: начиная от председателя ЖСК и участкового до врача поликлиники, которую продавали риэлторам.

Вот так стали рушиться семьи!

Квартиры из отдельных стали превращаться в коммунальные!

В любой семье случаются ссоры, но как водится, утром поругались – вечером помирились, вечером поругались – утром помирились… но после подселения в квартиру бывшими членами семьи, а иногда и очень даже действующими членами семьи, агрессивных молодчиков или табора мигрантов, примирение в семье становилось невозможным.

Никто не мог простить заказчика своего истязания.

Понятие семьи было исключено из Гражданского кодекса и из федерального закона о регистрации недвижимости, из Жилищного кодекса. Семейный кодекс не предполагает закрепление правил оборота жилой недвижимости на рынке.

Между тем, квартиры продолжали строится и проектироваться по своим санитарно-строительным и санитарно-эпидемиологическим нормам для проживания одной семьи. Это повелось аккурат с 1957 года, когда советским правительством был взят курс на искоренение коммунальных квартир!

Схема обогащения по захвату жилой недвижимости через долю оказалась простой.

Рейдер покупает долю в праве на квартиру у одного из членов семьи за копейки, поскольку это неликвид и рейдер знает, что купил просто бумажку о регистрации права и запись в едином государственном реестре прав на недвижимость.

Право на пользование квартирой рейдеру ещё предстояло добыть нелёгким путём издевательств, травли и истязания над семьёй, которая живёт в квартире.

Люди, не выдержав пыток в собственном доме, убегали или соглашались на требования рейдеров выставить квартиру на продажу или купить у них долю по завышенной цене.

На всю операцию рейдерам давалось полгода.

Покупали они долю за 300-500 тысяч, а получали от 3 до 7-8 миллионов за стандартные квартиры.
Такой вдохновенный сверхдоход привёл к росту в геометрической прогрессии различных риэлторских агентств, предлагавших доли в праве от 1/500 до 1/2, для регистрации и для проживания.

«Профессиональных соседей-выживальщиков» стало катастрофически не хватать, их стали завозить из разных городов России на такую вот «работу».

Рейдеры наладили связи в Росреестре, нотариате, судах и правоохранительных органах, так что все стали получать добавку к своей зарплате и случилась коррупция в невероятных размерах.

Потом многие сообразили, что это отличный источник финансирования различных проектов, в том числе и политических, не обошли этот финансовый источник и другие тёмные силы.

Работа закипела.

Росреестр штамповал записи в ЕГРН о переходе прав на доли посторонним лицам, рейдерам. Рейдеры шли с болгаркой вскрывать двери с помощью полиции. Если штурм встречал сопротивление, то рейдеры шли в суд, и судьи помогали квартирным рейдерам вселиться в квартиры, превращая их в коммунальные, а добросовестных граждан в должников рейдеров, хотя граждане с рейдерами договоров не заключали и никаких обязанностей у них не возникало.

Приставы с полицией ломились в двери с профсоседями и присылали горы штрафов за сопротивление.

Те, кто начинал с болгаркой стали директорами компаний недвижимости, и занялись выдачей микрокредитов, опробовали новый вариант присвоения квартир.

Потом и вовсе объявили рейдерство бизнесом, а себя инвесторами.

Все криминальные группы объединились не только в Москве и Питере, но и в других крупных городах. Как правило начинают на малой родине, потом уже с капиталом едут в столицы.

Можно говорить и о появлении субкультуры «профессиональных соседей», по своим общественным убеждениям противоположенным традиционным семейным и нравственным ценностям, со всеми её атрибутами: ритуалами, криминальными традициями, неформальными нормами поведения и особенностями проведения досуга.

Квартирные рейдеры даже в СМИ пытались сформировать общественное мнение о нормальности вторжения в семью, чужой дом,  о целесообразности нарушения правовых норм осуждали людей, выставляли себя робингудами, заступниками члена семьи, которого якобы родственники вынудили продать долю посторонним людям.

Общество, которое не смогло найти поддержки, понимания и защиты от государственных структур проблему стало решать по разному.

Кто-то резал и стрелял рейдеров, как художник Боровой. Кто-то тихо отправлял на больничную койку. Теперь рейдеры по одному не ходят.

Кто-то упорно стал добиваться справедливости в судах и правоохранительных органах.

Кто-то стоит в одиночных пикетах кто-то ушёл с головой в различные протестные движения.

Вот так выдача нескольких свидетельств членам семьи на долю в праве на квартиру вместо одного свидетельства о собственности на всю квартиру в общую долевую собственность привела к разрушению семейных ценностей и семей, к криминализации рынка недвижимости, формировании криминальных структур, связанных с регистраторами, нотариусами, судьями, сотрудниками правоохранительных органов, формированию протестных настроений в обществе, падению доверия к власти.

Может быть это кем-то так и задумывалось?

В истории России было уже более грандиозное деление всей России на доли в виде ваучеров, которые нам раздали в начале 90-х… последствия видим и сегодня…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *